СЛЕЗА И УЛЫБКА ХАЛИЛЯ ДЖЕБРАНА

Его судьба была судьбой романтического героя: любимый сын харизматичной матери, первенец слабовольного и бестолкового отца, дитя природы — кедровые леса Се­верного Ливана, горные тропки и деревянные храмы хри­стианских общин — Халиль Джебран с раннего детства был болезненно увлечен красотой и несовершенством мира. Мальчику казалось: достаточно одного, пусть не­выносимо трудного, усилия — и жизнь станет невырази­мо прекрасной, такой, какой она должна быть. Но судьба романтического героя всегда трагична — потому что такое усилие никогда не проходит для человека бесследно.

Поиски идеального мира были семейной заботой Дже­бранов: отец и^кал его на «большой дороге» и в конце концов угодил в тюрьму, мать, собрав в кулак волю и в узелок последние деньги, вывезла семью в Америку. Это было самое начало XX века: в Америку съезжались отча­янные романтики со всего света. Бедный квартал Бостона мало походил на идеал: безработица, голод, нищета. Вдруг кто-то замечает, что двенадцатилетний Халиль постоянно что-то рисует. Рисунки показывают преподавателям бла­готворительной школы для детей эмигрантов — и вскоре мальчик рисует уже для обложек бостонских журналов. Оказывается, Халиль гениален. Мать в ужасе. Она умоляет сына вернуться в Бейрут и получить там приличное образо­вание — невесть что сделает с ее мальчиком американская слава.

Джебран возвращается на родину и, тратя заработан­ные художествами деньги, поступает в престижную школу «Мадрасат Аль-Хикма»: религия, священные тексты, эти­кет. Но юноше уже мало классической арабской мудрости: он самостоятельно изучает французский, серьезно увлекается философиеи, по-прежнему рисует, начинает писать. Ему, хлебнувшему западной свободы, хочется свободы и для Родины.

Но личное счастье ускользает с немыслимой быстротой. Из Америки приходят страшные вести: у матери — рак, у брата и сестры — опасная для жизни инфекция. Халиль мчится в Бостон. К сожалению, затем только, чтобы похо­ронить сначала сестру, за ней брата, а потом и мать.

Чтобы выплеснуть невыносимую боль, он начинает писать.

Бостонская интеллигенция по-прежнему очарована Джебраном-художником, поэтому и литературные его опыты встречают шумно: он немедленно начинает публи­коваться. Романтическое горение, романтический бунт, который европейская литература пережила еще сто лет назад, а ливанская — переживать и не начинала, выплески­вается со страниц поэм Джебрана кипящей лавой. Его чи­тает Америка, его читает Сирия, его читают Египет и Ли­ван — огненные строки, написанные горящим сердцем. «Слеза и улыбка», «Предтеча», «Буря» — как много нового открывает западному читателю Древний Восток в строках запоздавшего романтика!

Тысячелетняя арабская литература, неспешно перева­ривающая средневековые парадигмы, взрывается: Джебран с его романтическим бунтом дает костру воздух и подбра­сывает веток. Арабская молодежь читает Джебрана взахлеб, вместе с ним отказываясь от старой культуры, вместе с ним надеясь построить новую. «Враг нерушимых законов и ста­рых традиций» — растерянно клеймят Джебрана седовла­сые соотечественники. «Конечно!» — восклицает могуще­ственный Джебран.

Он работает на износ: пишет на английском, на араб­ском, открывая Америке Ливан и Ливану Америку, соеди­няя Восток и Запад в титаническом усилии — том самом, которое предшествует счастью.

Но — не случается. Его оставляет любимая женщина, его покидают силы, его предает здоровье. Он умирает от рака, не успев даже закончить главную свою книгу, зна­менитого «Пророка», который и без того, незаконченный, одночастный, до сих пор активно читается как в Америке, так и в арабском мире…

В том самом мире, который так и не успел сделать счастливым Халиль Джебран.

На этой странице искали :

  • слеза и улыбка халиль