КОВЧЕГ И ПОТОП АЛЕКСАНДРА ВАМПИЛОВА

Когда лодка, в которой товарищи переплывали Байкал\ перевернулась, один из них начал истошно орать и бить руками по днищу лодки, и поэтому спасать его бросились в первую очередь. А второй — гордый и настырный — решил выбраться без помощи. И выбрался. Сердце, не вы­державшее испытания ледяной байкальской водой, оста­новилось, когда пловец коснулся ногами прибрежного дна.

Александру Вампилову было без двух дней тридцать пять, когда его сердце сковала ледяная вода.

При жизни он успел до обидного мало.

Единственный опубликованный сборничек юмористи­ческих рассказов.

Одно небольшое интервью газете «Советская Клайпеда».’

С десяток премьер по его пьесам в небольших провин­циальных театрах.

Две постановки в Москве.

Остальное началось после смерти: вампиловские пье­сы, населенные самыми разными жителями, такими знакомыми рядовому зрителю: смотрите, смотрите, этот Сарафанов — ну точно Ильин из соседнего подъезда! А метранпаж — ну ведь у нас в типографии точно такой же! Они в одну минуту стали жутко востребованы всеми без исключения театрами: и столичными, и провинциаль­ными, и академическими, и экспериментальными. Его немедленно начинают переводить (английский, венгер­ский, китайский, французский, немецкий и еще с десяток языков), ставить (пьесы Вампилова теперь, как и трагедии

Шекспира или драмы Островского, — обязательная стро­ка в репертуаре любого театра) и экранизировать (десять полнометражных фильмов, классика советского кинема­тографа). Такая безудержная слава, общемировое призна­ние и мгновенное попадание в классики не удивительны. Пьесы Вампилова настолько «про нас», «про меня» и «про тебя», а не про каких-то там далеких героев и героинь, что иногда кажется: жил Вампилов совсем рядом, в сосед­нем подъезде, сидел на лавочке возле детской площадки, курил — и наблюдал именно за мной, именно за тобой, именно за нами… После Вампилова роду человеческому и сгинуть не страшно: слепок с нашего бытия в его пьесах получился в натуральную величину.

Вампилов первым после Чехова обновил реалисти­ческую драму: она потихоньку хирела в экспериментах, сваливаясь то в сценическую публицистику, то в постмо­дернистский хаос. Театры жадно «высасывали» послед­ние соки из ставленных-переставленных Островского и Чехова. Драматургия обыденности, открытая Чеховым («в реальной жизни люди не так часто ссорятся, мирятся, дерутся и стреляются, как это происходит в современных пьесах; гораздо чаще они просто гуляют, разговаривают, пьют чай, а в это время и разбиваются их сердца, строят­ся или разрушаются судьбы»), у Вампилова дополнилась новым пониманием обыденного конфликта: люди гуляют, разговаривают, пьют чай, а в их душах в это время сталки­ваются Добро и Зло, и каждый вынужден делать выбор.

На этой странице искали :

  • Спектакли Александра Вампилова